Политика

Николай Кропачев: «Дух Университета никуда не исчезнет»

Газета “Невское время”

Пожалуй, еще в ХХ веке стало очевидно, что решающим конкурентным преимуществом любой страны является качество образования. Экономический потенциал, финансовое благополучие, обороноспособность, культура — все это так или иначе производные от уровня образования граждан. Казавшиеся раньше фундаментальными иные составляющие благополучия — климат, природные ресурсы, численность населения — сейчас отходят на второй план. В интеллектуальной (основанной на знаниях) экономике образование, базирующееся на мощной научной основе, становится главным ресурсом. Между тем сегодня ведущие российские «кузницы интеллектов», в первую очередь МГУ и СПбГУ, далеко не на первых местах в списках самых престижных вузов мира. И даже не в первой сотне. Почему? И что нужно делать, чтобы не отстать в мировой гонке умов? Именно об этом наш разговор с ректором Санкт-Петербургского государственного университета Николаем Кропачевым.

— Итак, по рейтингу СПбГУ и МГУ сейчас во второй половине второй сотни вузов мира…

—  Ученому не пристало воспринимать такую информацию без тщательного анализа. И анализировать стоит не только динамику: что было и что стало, но и критерии рейтингования, различия образовательных систем разных стран, влияние результатов конкретных рейтингов на перспективу развития Университета. Тем более что, насколько я знаю из выступлений директора отдела по оценке научных исследований агентства Thomson Reuters Джонатана Адамса, те эксперты, которые формируют рейтинги, сами признают «однобокость» или «непрозрачность» критериев, либо просто «неприменимость» их к вузовским системам, отличным от англо-американских. Возможно, и даже, наверное, нужно совершенствовать критерии существующих рейтингов или создавать новые рейтинги, как был создан в свое время так называемый Шанхайский рейтинг.

А руководителю есть смысл задуматься над вопросом: каковы управленческие механизмы для того, чтобы целенаправленно «подниматься» в рейтингах? Например, можно использовать «китайский» способ — публикацию результатов нового научного исследования в российских журналах дублировать, допустим, английским переводом. Очевидно, что результаты станут доступнее для ученых всего мира и индексы цитирования (а в большинстве рейтингов именно этот критерий является существенным) возрастет.

Или можно повышать качество, а следовательно, и востребованность результатов самих исследований. Начиная уже с этого года, мы будем транслировать в сети Интернет защиты кандидатских и докторских диссертаций в наших диссертационных советах. На портале Университета будет организован открытый архив таких записей.

Конечно, в ближайшем будущем стоит задача сопровождать трансляцию английским переводом и сделать авторефераты кандидатских и докторских двуязычными. Я уверен, что, несмотря на кажущуюся простоту, эти действия способствуют открытости системы, могут обеспечить резкий скачок качества научной деятельности и, в конечном счете, приведут к систематическому росту, а не к разовому поднятию места Университета в рейтингах.

Хотя сопоставлять классические университеты, деятельность которых простирается в сотни разных (от химии до юриспруденции, от нанотехнологий до редких языков и культур) направлений, по-видимому, достаточно сложно как друг с другом, так и с университетами, имеющими более узкие профили, — продолжает Николай Кропачев. — Поэтому мы стараемся ориентироваться не только на вузовские, но и на профессиональные рейтинги. Например, университетская Высшая школа менеджмента в числе трех лучших в Восточной Европе и в числе 30 лучших в мире. Крупнейшие российские компании направляют руководящих сотрудников для повышения квалификации не в Лондон, а к нам. Всего неделю назад четверо магистрантов университета стали чемпионами страны в престижном конкурсе бизнес-кейсов и в апреле должны выступить в международном финале конкурса в Греции. Таковы оценки профессиональных сообществ.

То же самое могу сказать и о наших востоковедах, занимающихся, в частности, историей и лингвистикой Древнего Египта (специалистов-египтологов такого уровня, включая даже археологов, всего в мире не более 40–50 человек). Подобной научной школы изучения Древнего Египта нигде нет, и даже специалисты Каирского университета имеют зачастую более низкий уровень цитируемости.

Одним словом, подходить к столь многогранной деятельности с помощью простых методов оценки эффективности научной школы довольно трудно. В научном мире гуманитариев, например, гораздо более, чем индекс цитирования, показательны следующие цифры: на нашем восточном факультете изучаются и преподаются более 100 языков и диалектов. Единственный в мире институт, более-менее приближающийся по количеству изучаемых языков, — Inalco — Институт изучения цивилизаций народов Востока (Париж, Франция). И так я могу перечислить все два десятка факультетов, и каждый из них будет по оценке профессиональных сообществ как минимум в первой сотне мира, а кое-кто и в первой десятке.

— Может, для авторов рейтингов главным показателем является количество иностранных студентов? Если едут люди со всего мира и готовы платить за обучение — значит, обучение в этом вузе действительно того стоит? Недаром же состоятельные россияне посылают учиться детей в Оксфорд и Кембридж.

— Думаю, даже уверен — далеко не все эти дети смогли бы учиться в СПбГУ или МГУ, и их родители прекрасно это понимают. Что же касается количества иностранных студентов, то это тоже всего лишь один из показателей, причем не главный. Российские, как до них и советские вузы, изначально нацелены на обучение своих граждан, нам нужно себя обеспечивать кадрами, а лишь потом заботиться об остальном мире. И инфраструктура Университета — общежития, библиотеки и прочее — рассчитана в первую очередь на российских студентов. К тому же, выбирая университет, абитуриенты ориентируются не только на показатели вуза, но и на другие обстоятельства, например на вопросы безопасности.

Более того, и теперь это не секрет, авторы рейтинга не знали реального числа иностранных студентов в СПбГУ. Их в десять раз больше, чем по данным, используемым составителями рейтингов. Выяснилось, что оставшаяся неизменной с советских времен статистика учитывает лишь тех, кто учится на дневном и за счет бюджета. Вечерники, заочники, студенты договорной основы обучения, те, кто получает второе высшее, кто учится на различных образовательных курсах, повышает квалификацию, они почему-то не учитывались. И это, кстати, касается не только иностранцев. Вот, к примеру, озвученная в СМИ цифра: СПбГУ выпускает в год 5,5 тысячи дипломированных специалистов. На самом деле — 12 тысяч. Такая вот погрешность.

— И все же есть вузы — такие же мировые бренды, какими в России являются СПбГУ и МГУ.

— Да, безусловно, есть мировые центры образования — как правило, они «узкопрофильные». В Йель принято ездить за правовым образованием, в Массачусетский технологический институт — за инженерным. Сравнивая себя с Кембриджем, мы знаем, в чем он сильнее. Но в чем-то сильнее мы.

Поймите меня правильно. Я пока не говорю, что СПбГУ — лучший вуз мира, но я не могу не признать, что место в «рейтинге вузов» — как пресловутая «средняя температура по больнице» — мало коррелирует с реальной оценкой профессионального сообщества, рекрутинговых структур, консалтинговых компаний и так далее.

— Качество вуза во многом зависит от качества абитуриентов. Как вы оцените подготовку тех ребят, что к вам поступают? Принято считать, что уровень школьного образования в стране снижается.

— Я не склонен без скрупулезного анализа судить об интегральном качестве средней школы только по уровню наших абитуриентов, потому что мы собираем лучших. Я отлично помню приемные экзамены, которые сдавал сам, поступая тогда еще в ЛГУ, и могу отметить — нынешние требования на порядок выше. И конкуренция при поступлении на порядок жестче.

Но однозначно могу сказать, что география абитуриентов резко расширилась за последний год. К нам подали заявления ребята из 78 регионов страны. Кто раньше преимущественно поступал в наш университет? В первую очередь питерские ребята и выпускники школ из ближайших областей. Остальные зачастую не могли позволить себе рисковать. Есть города, откуда перелет в Петербург стоит не один десяток тысяч рублей. А если с мамой? Ведь не каждый пошлет свое чадо через всю страну одного. Много ли в России семей, которые могут позволить себе такие траты, зная, что у нас на каждое место претендуют до 40 человек? Сейчас благодаря ЕГЭ мы собираем лучших выпускников школ со всей страны.

— Вы — сторонник ЕГЭ?!

— Я бы даже сказал — горячий сторонник. Ведь это секрет Полишинеля — в вузах всегда было «телефонное право», а в последние 10–15 лет оно стало, к большому сожалению, всеобщим. ЕГЭ решил сразу две проблемы: не стало «звонков» и получили реальную возможность поступать ребята из дальних регионов, которые раньше просто боялись подавать к нам документы. Тему единого экзамена зачем-то политизировали. Когда я на Дне первокурсника зачитывал поздравительную телеграмму от министра образования Андрея Александровича Фурсенко, среди первокурсников засвистели. Я прервался и сказал: «Ребята, если бы не Фурсенко, половины вас здесь бы сейчас не было».

И это правда.

Я хорошо знаю и претензии к ЕГЭ: есть «неудачные» вопросы в тестах, сама тестовая форма экзамена предполагает некоторый уклон на запоминание и заучивание, а не на творчество и прочее. Но кто мешает нам заменить неудачные, некорректные вопросы на умные, улучшить форму и структуру экзамена? Претензии к ЕГЭ кажутся мне не принципиальными (как это зачастую слышишь, особенно из вузовской среды, где у некоторых сохранились меркантильные мотивы), а техническими.

— Благодаря ЕГЭ СПбГУ и другие ведущие вузы получили возможность «собирать сливки» со всех школ страны. Но ведь и учить таких студентов должна преподавательская элита, а не малооплачиваемые профессора, которые вынуждены подрабатывать репетиторством и чтением лекций в коммерческих вузах.

— Профессорский состав в Университете всегда соответствовал высочайшему уровню, но вы правы, что нельзя требовать полной отдачи от человека, которому не хватает денег на нормальное питание, книги и отдых. Мы учимся эффективно решать эту проблему. За два года мы увеличили среднюю зарплату в Университете более чем в два раза. Профессора получают в среднем около 50 тысяч рублей. Уровень еще не европейский, но на такие деньги у нас уже можно нормально жить.

Хочу сразу, не дожидаясь вопроса, сказать, что зарплату сотрудникам мы подняли не за счет увеличения средств из федерального бюджета и не за счет студентов-платников. Напротив, выполняя поручение президента России, мы более 200 одаренных ребят, у которых в связи с кризисом возникли финансовые трудности, перевели на бюджетные места.

— Откуда же тогда деньги появились?

— Они были и раньше, однако расходовались не всегда рационально, да и не всегда куда надо. Когда два года назад меня избрали на пост ректора, одной из первых задач, которые я поставил перед собой и перед университетскими управленцами, было повышение финансовой эффективности нашей деятельности.

Университет — это огромное хозяйство. У нас учатся и работают более 40 тысяч человек — как в крупнейших корпорациях. Когда я, как говорится, «вник в тему», выяснилось, что у нас очень большие проблемы с распределением и использованием практически всех материальных ресурсов — от земель и зданий до финансовых потоков.

— Некоторые вещи уже получили огласку…

— Да, например, история с нашим медицинским центром. Фактически при полной бесконтрольности со стороны университетского руководства он превратился в «частную коммерческую клинику», хозяева которой, по сути, бесплатно пользовались оборудованием, площадями Университета, а мы оплачивали электричество, отопление и прочее. Аналогичная ситуация была с одной псевдонаучной лабораторией, которая на самом деле работала как предприятие по выпуску ходовой, хорошо продающейся продукции. Но при этом руководители лаборатории еще и зарплату получали как сотрудники Университета, также бесплатно пользовались помещениями, электричеством.

И дело даже не в этих прямых убытках. Из-за таких вот занимавших университетские площади фирм (а их было несколько) нарастала нехватка учебных и лабораторных помещений. Даже собрались еще два факультета переводить в Петродворец. Одни только новые корпуса для них обошлись бы в 20–30 миллионов долларов бюджетных средств. А сколько оборудования потеряли бы при переезде? Скольких преподавателей, как показал в 1970–1980-е годы печальный опыт переезда 4 факультетов, мы бы потеряли?

А какой была ситуация с общежитиями? Нам студентов, в том числе иностранных, некуда было селить, а некоторые общежития, по сути, превратились в гостиницы, причем, как и в предыдущих примерах, все их коммунальные расходы оплачивал из средств государственного бюджета Университет. В общей сложности более 1500 «посторонних» незаконно проживали в общежитиях СПбГУ.

Были, к сожалению, и такие примеры. Два года назад высокопоставленный сотрудник Университета — физик по образованию — пытался от имени Университета направить отчет о своей «научной» работе, выполненной по заказу федерального министерства. Объем ее финансирования… миллион рублей. Я ее читаю — абсолютное пустословие, набор общих фраз. Да и сама идея, лежащая в основе работы, противоречит здравому смыслу. Ведь нельзя путем научного исследования организовать заключение договора между органами исполнительной власти разных уровней: между президентом РФ, полномочным представителем президента в СЗФО и губернатором Петербурга! Прямо говорю об этом автору. А он удивляется и пожимает плечами: «Ну и что, заказчик ведь одобрил».

И такие факты были не единичными. Сложился круг людей, которые выделяемые на научные исследования средства фактически распределяли между собой, в то время как настоящие ученые, чьи работы могли бы принести Университету славу и новые заказы, не могли получить ни рубля.

Еще одним финансовым резервом стало просто наведение порядка в сфере оплаты труда. Но некоторые деканы доплачивали себе и приближенным к ним сотрудникам по 70–100 тысяч рублей в месяц из внебюджетных средств за ту работу, которую они обязаны были выполнять за бюджетную зарплату. Притом что не входящие в этот круг преподаватели получали по 10–15 тысяч. На самом деле только доплатами дело не ограничивалось, именно ближний круг был в курсе «деканского списка» — тех, кого обязательно нужно было принять, других дел…

— А вы покусились на эти незыблемые «университетские традиции»?

— Да, кое-кто трактовал это именно как расшатывание традиций, установление авторитарного режима.

— А действительно, как совместить необходимость реформ, ведь Университет должен повысить свой рейтинг, и сохранение вековых университетских традиций «вольности»?

— Ничего сложного. В научной и преподавательской деятельности у сотрудников должна быть полная свобода. В финансово-хозяйственной деятельности — эффективное управление и жесткий контроль.

— Но только финансовым контролем и повышением зарплат всех проблем, наверное, не решить? Вы сказали, что сравнивали наш Университет с Кембриджем и видели, в чем мы слабее. В чем?

— Речь идет о фундаментальных отличиях нашего высшего образования и науки от западной модели. У нас еще в советское время искусственно разделили высшую школу и науку. Создали Академию, институты которой занимаются «только наукой», а университетам и институтам предписано было «обучать». Однако развитие науки только тогда и происходит, когда существует преемственность и возможность обучения студентов, молодых ученых «вживую» — у лидеров научной школы. Во всем мире образование и наука нераздельны. Это, собственно, одна сфера. И с организационной, и с правовой точки зрения. У нас же объединение существует только на уровне наименования Министерства образования и науки. Но фактически деятельности отделены одна от другой. И только крупные университеты в силу традиций и органичного единства исследовательского и образовательного процессов реализуют эту гармонию.

Сейчас в Университете все знают, что каждый, от студента до академика, может предложить научную идею и получить средства для ее воплощения. Удалось создать центр нанотехнологий, по уровню оснащения один из лучших в мире. Я направил приглашения некоторым известным российским ученым — в том числе и тем, кто сейчас работает за рубежом. Ведь многие из них уехали вынужденно, из-за отсутствия условий для работы, материально-бытовых проблем. Сейчас мы можем гарантировать им не только достойную оплату, но и служебные квартиры (сложнейший вопрос создания фонда служебного жилья удалось решить всего за полтора года). Несколько человек уже выразили согласие жить и работать у нас. Слишком долго было бы перечислять все, что делается в этом направлении.

— Ну а «дух Университета» под напором новых веяний никуда не исчезнет?

— Скорее всего вернется. Ведь в 1724 году Российская академия наук и Университет создавались как единое целое указом императора Петра I.

— Выходит, все основные проблемы решены?

— Нет, конечно. В Университете есть множество проблем, которые мы только начинаем решать, например есть серьезная проблема — территориальная разбросанность зданий, в которых мы ведем научные исследования и образовательные программы. Часть их расположена на разных линиях Васильевского острова, часть — в Центральном районе, часть — в Петродворце. Чем это плохо? Главные преимущества классического университета — возможность организации междисциплинарных научных исследований и готовность предложить студентам на каждой образовательной программе самых лучших преподавателей. Понятно, что преподавать историю или право даже в локальных аспектах будут лучше и профессиональнее преподаватели исторического и юридического факультетов. Кроме того, общая ресурсная база — лаборатории, исследовательские центры — даст возможность сконцентрировать усилия на более современном ее оснащении. Но сейчас мы вынуждены распылять оборудование и средства для обеспечения однотипных работ в удаленных зданиях.

От этого страдает и тот самый «дух Университета», о котором мы говорили. Формально все наши студенты учатся в Большом университете, а на деле будущий экономист, к примеру, может за все время обучения не встретить будущего юриста, ни разу не побывать в главном здании на Университетской набережной. Из-за географической разбросанности мы сейчас, к сожалению, больше похожи на набор факультетов.

В последний год нам удалось путем оптимизации внутренних перемещений и нестандартных управленческих решений сделать размещение чуть компактнее и наметить перспективу развития. Но пока проблемы это не решает. Чтобы объединить Университет в пределах хотя бы двух площадок — на Васильевском острове и в Петродворце, — нужен, наверное, комплекс решений на федеральном и городском уровне. Ведь все здания вокруг нашей главной площадки активно используются разными организациями, а теперь еще и новостройки появляются…

— Искренне желаю вам успеха, но, признаться, верится в это с трудом.

— Проблема не в градостроительных решениях, не в затратах — сносят же у нас дома, расселяют кварталы ради строительства новых дорог, нового жилья. Проблема в осознании ценности образования и науки. Показателен опыт Китая, совершившего за последние десять лет резкий скачок. Там на месте старых кварталов промышленной застройки в центрах крупных городов создают современные кампусы для университетов под ключ. Я не буду сейчас повторять банальности об экономике, основанной на знаниях, это и так всем понятно, скажу о другом: наш Университет может работать на уровне ведущих мировых университетов и с прибылью крупной успешной корпорации. Научные исследования — фундаментальные и прикладные, научные разработки и их внедрение — это самый востребованный товар в современном мире. Наша высшая школа может стать ведущей отраслью экономики города и одним из локомотивов российской экономики. Поэтому практически любые затраты окупятся. Но когда? Все зависит от нашего желания: построить интеллектуальную экономику или остаться с той, что имеется сейчас.

Владимир Новиков
Фото: Rospres.com

Тэги: ,

ОТПРАВИТЬ В

Код для блога

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

КОММЕНТАРИЕВ: 175

  1. Good an very informative post. I will come back to your blog regullary. One thing: I do not exactly know what do you mean in the second paragraph. Could you please exmplain your opinion?

  2. wow… thanks a lot writing this

  3. hi,now, i saw this site,is good

  4. huren пишет:

    Seo cup from Germany

  5. opony пишет:

    You are a very bright individual!

  6. Sommer Vautour пишет:

    The beauty of blogging platforms and other CMS is the lack of borders and the ease with which developers rich content and your skin may so provide that very little effort that could reach, we never know what to check the site all without limiting the content and effectiveness.

  7. Larue Gallmon пишет:

    Please tell me that youre heading to keep this up! Its so good and so important. I cant wait to read far more from you. I just really feel like you know so very much and know how to make people listen to what you’ve to say. This blog is just as well cool to be missed. Excellent stuff, definitely. Please, PLEASE keep it up!

  8. salle de mariage пишет:

    This web site is really a walk-through for all of the info you wanted about this and didn’t know who to ask and my seotons. Glimpse here, and you’ll definitely discover it.

  9. salle de reunion пишет:

    This web site is really a walk-through for all of the info you wanted about this and didn’t know who to ask and my seotons. Glimpse here, and you’ll definitely discover it.

  10. opony пишет:

    Please tell me that youre heading to keep this up! Its so good and so important. I cant wait to read far more from you. I just really feel like you know so very much and know how to make people listen to what you’ve to say. This blog is just as well cool to be missed. Excellent stuff, definitely. Please, PLEASE keep it up!

  11. Kotły co пишет:

    Hello, i think that i saw you visited my site thus i came to “return the favor”.I’m attempting to find things to improve my web site!I suppose its ok to use a few of your ideas!!

  12. nauka jazdy пишет:

    I love your wordpress web template, where you down load it from? Thanks in advance!

  13. Never knew this, regards for letting me know.

  14. hotspoty Wroclaw пишет:

    Say what you want for me it’s interesting

  15. last minute пишет:

    Normally I do not read post on blogs, but I would like to say that this write-up very forced me to try and do so! Your writing style has been surprised me. Thanks, quite nice article.

  16. bhive group пишет:

    Please tell me that youre going to keep this up! Its so very good and so important. I cant wait to read additional from you. I just feel like you know so very much and know how to make people listen to what you have to say. This blog is just as well cool to be missed. Fantastic stuff, actually. Please, PLEASE keep it up!

  17. Took me time to read all the comments, but I really enjoyed the post. It proved to become Extremely helpful to me and I’m positive to all the commenters here It is always great when you can not only be informed, but also entertained I’m sure you had fun writing this article.

  18. Gry пишет:

    I love reading your blog. I’ve you bookmarked your website in order to check out the latest stuff.

  19. odkurzacze пишет:

    This was really an attention-grabbing topic, I am very fortunate to be able to come to your weblog and I will bookmark this web page in order that I may come back one other time.

  20. I admire the useful facts you provide inside your content. I will bookmark your blog and have my kids verify up right here typically. I’m very certain they’ll learn lots of new things right here than anybody else!

  21. Gry online пишет:

    What a great website. I am happy I found it.It’s nice to read something interesting I cannot find subscription list

  22. potykacze пишет:

    There is clearly a bundle to identify about this. I suppose you made certain good points in features also.

  23. psychic interactive пишет:

    The reason for seeing a psychic is to get answers to any questions you could have about problems and issues in your life.

Оставить комментарий

Вы можете использовать теги XHTML: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>